Зачем мы болеем?

Несколько слов о психологической составляющей болезней и возможных путях психотерапии 

Автор: Янстон Вячеслав (специально для сайта PsyIQ.ru

За последние годы среди специалистов разных направлений в психотерапии и медицине было немало сказано о психологической составляющей болезни. Более того, уже давно применяется термин «психосоматика» - направление в медицине и клинической психологии, которое изучает условия и факторы, оказывающие влияние на появление и дальнейшее развитие телесных заболеваний.

Так, например, бронхиальная астма – одно из типичных нозологий, которое часто имеет психогенную основу (сильный стресс, нервное напряжение и т.д.).  Или различные кардиопатологии (например, артериальная гипертензия) могут иметь психологическую составляющую.

Некоторые же виды заболеваний позволили выделить целые направления в психологии или медицине. Наиболее ярким примером формирования подобного направления можно считать онкопсихологию, хотя по моему личному скромному мнению конкретно в этой «отрасли» за последнее время случается максимальное число спекуляций и рождается бесконечное число неуправляемых мифов со стороны моих коллег (психологов, психотерапевтов или даже представителей медицины в лице онкологов и т.д.).

Но давайте не будем далеко уходить от основной идеи статьи, которая сформулирована в её заглавии: зачем мы болеем?

Одной из основных возможных причин возникновения психосоматических расстройств может служить наличие патогенных бессознательных психических процессов (Л. М. Лекрон). Ключевое слово здесь – бессознательных, что означает, прежде всего, недоступных для осознания. Таким образом, мы имеем некую скрытую для нас силу, способную оказывать пагубное влияние на физиологические механизмы в нашем теле.

Далее, следовало бы более подробно остановиться на том, что вообще представляет из себя бессознательное и каким образом туда попадают или там возникают подобного рода негативные психические силы, но я не буду делать этого по двум причинам: во-первых, как бы нам не хотелось, но о бессознательном мы знаем меньше чем, например, о том, как устроен наш мозг (со всей его сложнейшей анатомией и физиологией), а во-вторых, для общего понимания любого материала, который отсылает нас к бессознательным функциям и процессам, достаточно запомнить один единственный тезис, который я уже привел выше:  все, что находится в бессознательном, нам не доступно, а то, что мы хоть как-то способны интерпретировать, анализировать и понимать – уже находится не в бессознательном и приобретает новые свойства, которые, к слову, могут послужить успехам в психотерапии.

Для более объемного понимания того, как устроена психологическая составляющая болезни обратите внимание на классификацию, предложенную Л. М. Лекроном, американским психотерапевтом, создателем первого в США центра по изучению и исследованию гипноза:

  1. Конфликт — к образованию психосоматического симптома может приводить внутренний конфликт между различными частями личности. Обычно одна из этих частей осознана, другая скрыта в бессознательном. Борьба между двумя противоположными желаниями или тенденциями может приводить к условной победе одной из частей. Но тогда вторая часть начинает «партизанскую войну», признаком которой и могут стать психосоматические симптомы.

    (комментарий автора: вообще идея Конфликта – одна из центральных в психотерапии. И под конфликтом здесь принято понимать не бытовую историю, а противостояние бессознательных и осознаваемых психических процессов. Подобного рода конфликты способны порождать напряжение, результатом которого и может стать развитие болезни если, как говорится, «нет другого выхода». Хотя на самом деле «другой выход» как раз существует и глобальная задача для терапии – его поиск и дальнейшее применение).

  2. Язык тела — в некоторых ситуациях тело физически отражает то состояние, которое могло бы быть выражено одной из образных фраз ряда: «это одна сплошная головная боль», «я его не перевариваю», «из-за этого у меня сердце не на месте», «у меня связаны руки». Тогда болит определенный орган, сложно дышать, возникают мигрени, нарушается работа желудочно-кишечного тракта и так далее.

    (комментарий автора: соматизация психического состояния – одна из форм «отреаирования» конфликта, о котором шла речь выше. Объясняется это тем, что телесные переживания оказываются доступны для осознания («я его не перевариваю» - физиологическое описание переживания отвращения), но сама природа эмоций уже не так очевидна.

  3. Мотивация или условная выгода — к этой категории относятся проблемы со здоровьем, которые приносят определенную условную выгоду их обладателю. Образование симптома происходит на бессознательном уровне, это не обман и не симуляция. Симптом реален. Но он «обслуживает» какую-то определенную цель.

    (комментарий автора: идея «вторичной выгоды» от болезни весьма популярна. Её корни затрагивают не только сферу взаимоотношений в семье, где есть кто-то с хроническим заболеванием, но и отсылают нас к этиологии зависимостей – теме, которая весьма популярна у нас в стране. 

  4. Опыт прошлого — причиной болезни может стать травматический опыт прошлого, чаще — тяжелый детский опыт. Это может быть какой-либо эпизод, либо длительное воздействие, которое, хоть и произошло давно, но продолжает эмоционально влиять на человека в настоящем. Этот опыт как бы отпечатывается в теле. И ждет, когда найдется способ его переработать.

    (комментарий автора: формулировка Л. Лекрона похожа на описание ПТСР – тяжёлого психического состояния, которое возникает в результате единичной или повторяющихся психотравмирующих ситуаций. ПТСР как правило связывают с переживанием травматического опыта взрослым человеком (участие в боевых действиях, пребывание в зоне природных катаклизмов т.д.)  но в данном случае речь идет о некотором опыте, который, скорее всего, представляется автором как переживание из детства по каким-то причинам требующее особого способа отреагирования через телесные переживания или симптомы болезни.

  5. Идентификация — физический симптом может образовываться вследствие идентификации с человеком, имеющим подобный же симптом или заболевание. Как правило, это происходит при сильной эмоциональной привязанности к этому человеку. Часто этот человек может умереть, умирает или уже умер. То есть присутствует страх его потерять и потеря фактически уже случилась.

    (комментарий автора: слияние с эмоциональным опытом другого человека – это сложный механизм, требующий понимания конкретного контекста взаимоотношений. Это может являться формой сосуществования или «избегания» собственных, возможно, весьма драматических переживаний. При этом слияние может быть полезно (например, если речь идёт о взаимоотношениях матери и младенца когда необходимо быть «на волне» с ребёнком, предугадывая его желания и интерпретируя фактическое поведение).

  6. Внушение — симптомы могут возникать посредством внушения. Это происходит, когда идея о собственной болезни принимается человеком на бессознательном уровне автоматически, то есть без критики. Вольно или невольно внушить симптом могут люди, обладающие большим авторитетом или случайно оказавшиеся рядом в момент особого эмоционального накала.

  7. Самонаказание — в некоторых случаях психосоматический симптом выполняет роль бессознательного самонаказания. Это наказание связано с реальной, а чаще воображаемой виной, которая мучает человека. Самонаказание облегчает переживание вины, но может существенно осложнить жизнь.

    (комментарий автора: переживание вины может быть чрезвычайно тяжким или даже невыносимым эмоциональным опытом. Если предположить, что  вина подразумевает под собой акт искупления, то болезнь на эту роль может подойти. 

Опубликовано 14.01.2015

Записаться на консультацию к психологу Вячеславу Янстону